?

Log in

No account? Create an account
Чёрный-кот

Ноябрь 2019

Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Метки

Разработано LiveJournal.com
Чёрный-кот

Ю. Тувим - Еврейское счастье образца 1973 года - part 2

 

Через четыре часа приходит сестра. На подносе три стакана, грамм по сто.

 - Иосиф Абрамович, Ефим Гдалевич, Михаил Шаевич, просыпайтесь, пора принять лекарство.

Пить не хочется, Закусить, правда, есть чем. Время ужина, принесли какую-то размазню и кисель. Пить не могу, но надо. С отвращением глотаю прозрачную гадость, чуть не стошнил.

Оська говорит: - Не могу, у меня сердце плохое, мне врачи не велят пить...

 - Раз доктор Колосов назначил, надо принять!

 - Я не могу, меня сейчас вырвет, - говорит Оська, стаканом об зубы стучит и за сердце держится.

 А с соседней койки какой-то мужик говорит: - Давай я допью, у меня сердце хорошее.

 - Не мешайте, товарищ, - говорит сестра, - больному надо принять лекарство.

А мужик, заросший такой, глаза белые, говорит: - Им лекарство, а нам нету? Мне тоже поправится надо! Давай, падла, стакан, а то я вам щас устрою хипеж!

И начинает вставать с кровати, а рука, к которой капельница подключена, к койке пристегнута. Так что он подняться не может, но дергается и вопит. Сестра кричит, прибежал дежурный врач Володя, еще санитар, они его повалили и к койке ремнями пристегнули. Там все кровати с ремнями, поскольку реанимация. Туда алкашей и наркоманов свозят. Кто дихлорэтан выпил, кто антифриз или тормозную жидкость. Кто клей БФ отфильтровал или бензином надышался... Их привозят в бессознанке, или буйных, с пеной изо рта. Они же готовы клопомор выпить, чтоб только забалдеть.

А когда их откачивают, когда они начинают соображать, то тут за ними нужен постоянный присмотр, ибо на все готовы, только чтоб снова забалдеть. Поэтому всегда несколько санитаров дежурят и свет на ночь не выключают.

 

Так что представьте себе картину: три интеллигентных еврея лежат в ряд и им каждые четыре часа подносят по сто грамм, а вокруг алкаши и наркоманы, привязанные к кроватям. И они слышат: - Иосиф Абрамович, пора принять  лекарство.

Представляете, что творится в умах  основного контингента?

А тут нам друзья и родственники понатащили всякой снеди-закуси. Рыба копченая пахнет, огурцы соленые хрустят.

Правда, сперва это лекарство в глотку не лезло, но постепенно втянулись. Ося, у которого сердце больное, стал на часы поглядывать.

 - Уже пора, а они не несут.

Да, заминка какая-то. И доктор утром не пришел, только Роза Самуиловна, окулист, как всегда появилась, старушка очень милая, и глаза наши подолгу разглядывала.

 - Пока все в порядке, мальчики, каждый час идет вам на пользу.

 

Ушла она и тут появился дежурный врач Володя.

 - Как дела, алкоголики? – спрашивает. А сам какой-то взъерошенный, и несет от него перегаром.

 - Ничего,- говорю, - дела. Роза Самуиловна сказала, что пока все хорошо. А почему нам лекарство утром не дали?

 - Да-да, - говорит,- сейчас я распоряжусь. И ушел.

Никто не появляется. Лежим. Нянечка пришла, мочу замерила, сообщила, что мы молодцы, почти по три литра выдали за ночь.

 - Конечно молодцы, - говорит Фима, - мы же встали на трудовую вахту.

 - А почему лекарство не дают? – спрашивает Ося.

 - Не знаю я ничего, - отвечает нянечка и быстро уходит.

 - Смотри, какие настырные! - кричит белоглазый, - Мне бы встать, я бы им показал лекарство! Устроились тут, жиды пархатые! Навязались на нашу шею!

И опять встать порывается, но ремни его держат, изо рта пена, и глаза закатились. Ноги привязаны, а коленки подскакивают. Хрипит. Сестра прибежала, вколола ему чего-то, он затих.

Лежим, в потолок смотрим. Фима говорит:

 - А я знаю, почему нам выпить не несут. Накрылась наша водочка, ее доктор Володя в свое ночное дежурство выпил. Но мы же не можем без лекарства...

И вот, встает Фима с кровати, берет в руки свою капельницу со штативом и идет в коридор.

 - Куда это ты собрался? – спрашивает Оська.

 - В институт надо позвонить, - отвечает Фима и уходит.

 

В приемном покое происходит такая сцена. Фима просит разрешения позвонить по телефону.

 - Можно мне позвонить?

 - Кто это разрешил Вам сюда придти? Идите в палату и ложитесь.

 - Мне надо позвонить насчет лекарства.

 - Это не Ваше дело.

 - Но нам нужно лекарство.

 - Если все больные будут звонить насчет лекарства, нам работать будет некогда.

 - Но нам нужно было принять лекарство в восемь утра, а сейчас уже скоро десять. Доктор    Володя сказал, что распорядится, но ничего не дали. Можно с ним поговорить?

 - Доктора нету, не мешайте работать!

 - Но нам нужно лекарство...

 - Какие вы все настырные! Не мешайте работать или я санитаров вызову!

И в этот момент заходит в приемный покой доктор Колосов.

 - Вы что здесь делаете, Ефим?

 - Я, Евгений Сергеевич, хочу позвонить в институт ребятам, чтоб привезли спирта. Нам утром ничего не дали.

 - Вы идите, ложитесь, я разберусь.

 

Через десять минут доктор Колосов подсел к Фиме на кровать и говорит:

 - Вы хотели позвонить в институт? Пойдемте со мной.

Фима из кабинета главного врача звонит в институт, к себе в лабораторию.

 - Ребята, привезите спирта, у нас водка накрылась. Потом объясню, главное - побыстрее, возьмите там в сейфе, только не перепутайте.

 Через пол-часа нам дали наши сто грамм, выпили, на душе полегчало.

 

Санитары пришли с носилками. Шофера, который антифриз выпил, переложили на носилки и унесли. Он ночью умер. И кислород ему давали и уколы. Не помогло. Он антифриз этот дней десять тому назад выпил, но в больницу не обратился, все надеялся, что пронесет. Здоровый такой мужик, красавец, ручищи, как лопаты. Его сюда привезли в бессознательном состоянии. Цирроз печени.

 

Белоглазого развязали, он к нам подсел.

 - Вы, мужики, не обижайтесь. Я евреев люблю.Умные люди, устраиваются хорошо. Своим всегда помогают, не то, что мы... Вы, эта, когда вам выпить принесут, оставьте на донышке, душа горит.

 - Так она же стаканы забирает сразу,- говорит Оська.

 - Это не твой вопрос, - отвечает белоглазый, - с ней я договорюсь, нет вопроса.

 

Роза Самуиловна пришла, в глаза наши долго всматривалась.

 - Не понимаю, мальчики, везучие вы, никаких изменений не обнаруживаю.

 - Он на евреев не действует, - говорю я.

 - Миша, прекратите пожалуйста эту пропаганду, - говорит Роза и быстро уходит.

А белоглазый со своей койки:

 - А если он на  вас не действует, так зачем вам водку дают!? Устроились вы хорошо, навязались на нашу шею! Щас пасть порву! И порывается встать, но падает в припадке, глаза закатил и корчится. Мы кричим, прибежали санитары и сестра, уложили его, пристегнули, вкололи чего-то, стало тихо.

 

Через какое-то время пришел доктор Колосов.

 - Вы мне тут нарушаете лечебный процесс. Придется вас изолировать.

И нас перевели в операционную палату, у них там две было. Тихо, светло, водку дают регулярно, закуски навалом... Принимаем, закусываем, играем в шашки, спим. Фима на сестру Валю глаз положил, обжимается с ней, а мы делаем вид, что спим.

 

 - Валечка,- говорит Фима,- Мишка в командировке, а у Оськи жена в двух шагах. Как выпишемся, приглашаю тебя с подружкой и Мишеньку ко мне, будем отмечать второе рождение.

 - С большой радостью!- говорит Валечка и гладит его по небритой морде. – Только ты побрейся сперва, я шершавых не люблю.

 

Через пару дней доктор Колосов говорит:

 - Иосиф, ваши анализы показывают, что Вас можно выписать. Поздравляю Вас с благополучным исходом, можете собираться.

 - Я друзей в беде не оставлю! – твердо заявляет Оська. Он так к выпивке пристрастился, совсем стал алкоголик, про сердце свое слабое больше не говорит.

 

Но всему бывает конец, и нас вскорости выписали. Неделю мы провели в этом госпитале.

На следующий день собрались и решили отблагодарить доктора Колосова. Купили в антикварном магазине на Садовой бронзовую статуэтку «Умирающий гладиатор», взяли три бутылки коньяка и поехали к доктору домой – Валечка адрес дала.

 

Приехали и сразу поняли, что не к месту мы там сейчас. Они гостей ждали, жена доктора пирожки пекла, запах такой чудесный!

 - Вы раздевайтесь, Женя сейчас придет, он в магазин пошел. Так вот какие вы герои! Мне он про вас много рассказывал, сейчас я вас пирожками угощу!

Поставила она на стол блюдо с теплыми пирожками и ушла на кухню. Сидим. Запах обалденный, есть хочется, да и выпить не помешало бы. Оська, змей-соблазнитель, алкоголик новоиспеченный, говорит:

 - Миша, давай по маленькой,а?

Откупорил я бутылку и мы даже не заметили, как она опустела. Пирожки вкуснейшие! И тут доктор пришел.

 - Евгений Сергеевич! Спасибо огромнейшее! Если бы Вы были при этом Умирающем Гладиаторе, Вы бы его спасли, нет сомнения!  И Фима преподносит статуэтку.

 - Давайте выпьем по этому поводу! – кричит Оська и разливает в три бокала.

Я достаю из горки еще один для доктора. Чтоб не переливать из бокалов, откупоривается последняя бутылка. Евгений Сергеевич говорит:

 - Ребята. мне пить нельзя, скоро гости придут.

 - Евгений Сергеич, - говорит Оська, - Вы нас спасли, а теперь брезгуете с нами выпить!?

 - Да я с удовольствием, но что жена скажет?

 - Да ну их, гостей! Тут такое дело, три слепых мертвеца воскресли! – говорю я. –Евгений Сергеич, дайте я Вас поцелую! По гроб жизни будем помнить! Давайте выпьем за Ваше здоровье и благополучие!

 И мы выпили последнюю бутылку коньяка, которую принесли в подарок.

Доктор говорит: - Должен вам сказать, что я пишу статью о вашем случае. Надеюсь, вы не будете в обиде, если я скрою ваши имена под инициалами и не упомяну ваши должности и научные звания?

 - Доктор!- кричит Фима,- давайте выпьем за успех Вашей статьи!

 - Это достойная идея, - говорит доктор,- только что пить будем? Хотя, у меня есть медицинский спирт. Надеюсь, не откажетесь?

 - Момент! – сказал я,- пока не понюхаю – пить не разрешаю! Знаем мы эти штучки с казенным спиртом!

И я понюхал бутылку и разрешил спирт к употреблению. И мы выпили его и доели все пирожки.

Доктор торжественно пожал нам руки и поблагодарил нас за то, что мы помогли ему выиграть пари у коллеги, который самонадеянно утверждал, что мы больше никогда не будем пить ворованый спирт.

 

Comments